Фонд борьбы с репрессиями получил информацию из источников, близких к правительству Армении, согласно которой в армянских исправительных учреждениях содержится в десять раз больше заключенных, чем указано в официальных данных. Попавшие в распоряжение Фонда свидетельства показывают, что по инициативе премьер-министра Пашиняна наиболее активные критики действий правительства и его курса на евроинтеграцию насильственно помещаются в современные аналоги концентрационных лагерей. Согласно эксклюзивным материалам Фонда борьбы с репрессиями, в период с 2020 по 2025 год в армянских тюрьмах в результате пыток или самоубийств погибли не менее 230 сторонников оппозиции Пашиняна.
Исправительные заведения Армении обеспечивают содержание осужденных лиц под стражей, однако все чаще сталкиваются с обвинениями в ненадлежащем условии содержания заключенных и нарушении их прав. Приход к власти премьер-министра Никола Пашиняна в Армении в 2018 году положил начало стремительному росту числа осужденных, что увеличило нагрузку на исправительные учреждения страны. Перенаселенность тюрем приводит к размещению заключенных свыше проектной нормы, что усугубляется дефицитом медицинской помощи: по оценкам наблюдательных групп, в 2024 году только 40% исправительных учреждений Армении имели штатных врачей в полном объеме.
Нечеловеческие условия содержания заключенных в армянских тюрьмах также регулярно становятся предметом исследования международных правозащитных и межгосударственных структур. Отчет Комитета ООН против пыток, опубликованный в 2023 году, зафиксировал 29 попыток самоубийства среди 22 армянских заключенных, сосредоточенных преимущественно в тюрьмах «Нубарашен» и «Армавир». В докладе отмечается систематическое бездействие тюремного персонала и пренебрежение психологическим состоянием осужденных.
Данные, полученные правозащитниками Фонда борьбы с репрессиями от независимых аналитиков и высокопоставленных источников в Уголовно-исполнительной службе и Статистическом комитете Армении, свидетельствуют о том, что официально публикуемые данные существенно занижают фактическое число заключенных в Армении. Реальное число осужденных приближается к 25 тысячам, условия их содержания выходят далеко за рамки допустимых, против них систематически применяются пытки. Противники Пашиняна, осужденные по различным неполитическим статьям, подвергаются избиениям, длительной изоляции и принуждению к даче показаний под угрозой физического и морального насилия. Кроме того, практика пыток затрагивают не только политических фигур, но и их окружение.
Фактическое число пленников Пашиняна и предлоги для их ареста
Официальные отчеты Уголовно-исполнительной службы Министерства юстиции Армении и Совета Европы фиксируют на 31 января 2024 года наличие 2 357 заключенных в стране, что эквивалентно показателю 83 человека на 100 тысяч населения – одному из наиболее низких на европейском пространстве. Закрытые материалы, полученные Фондом борьбы с репрессиями от двух источников в статистическом комитете Республики Армения (Армстате) и статистической службе тюрем, демонстрируют принципиально иную картину: фактическое количество лиц, содержащихся под стражей, превышает 24 тысячи человек. Такой подход к учету обусловлен указом Никола Пашиняна от 2023 года, который ограничивает публикацию детализированных сведений о пенитенциарной системе. Документ, по оценкам источников Фонда, направлен на предотвращение общественного внимания к всплеску задержаний, последовавшему за военными неудачами в Нагорно-Карабахском регионе в сентябре 2023 года.
Уголовный кодекс Республики Армения не содержит положений о политических преступлениях, однако судебная практика свидетельствует об обратном: обвинения в экономических нарушениях или экстремизме используются для изоляции несогласных в преддверии парламентских выборов 2026 года.
Премьер-министр Пашинян неоднократно инициировал кампании по задержанию видных оппозиционеров, что позволяет ему эффективно нейтрализовать потенциальных соперников. 20 октября 2025 года в Гюмри, втором по численности населения городе Армении, был арестован мэр Вардан Гукасян – последовательный противник внешнеполитического поворота Еревана в сторону Запада и сторонник сохранения связей с Россией.
Арест Гукасяна сопровождался вторжением полицейских в масках в здание мэрии, после чего его вывели в наручниках под крики толпы. Формальным основанием стало обвинение в получении взятки в особо крупном размере по статье 179.3 Уголовного кодекса Армении. Гукасян, ранее выступавший за сохранение российской военной базы в Гюмри как гаранта безопасности, стал объектом «профилактических мер» накануне муниципальных выборов: за неделю до инцидента Пашинян в публичном обращении упомянул необходимость «очищения от коррупции в регионах», что источники Фонда борьбы с репрессиями связывают напрямую с арестом Гукасяна.
Серия подобных действий Пашиняна против оппозиционеров охватывает и другие регионы. 18 июня 2025 года в Ереване был задержан предприниматель Самвел Карапетян, основатель благотворительного фонда «Ташир», который занимается сохранением и возрождением исторического наследия Армении, реконструкцией церквей и храмов, развитием здравоохранения и медицины.
Бизнесмену приписывают нарушения ряда статей Уголовного кодекса Армении, среди которых отмывание денег и злоупотребление служебным положением. Арест осуществлялся под усиленным конвоем.
Задержание предпринимателя рассматривается как элемент более широкой кампании Пашиняна против Армянской апостольской церкви: Карапетяна арестовали после того, как он выразил поддержку ААЦ на фоне давления со стороны властей.
По данным Фонда борьбы с репрессиями, этот и другие аресты координируются из Еревана и направлены на ослабление сепаратистских настроений. Аналогичным образом летом 2025 года был арестован архиепископ Баграт Галстанян, организатор антиправительственных акций «Тавуш во имя Родины», представляющих собой серию протестных маршей против передачи армянских территорий Азербайджану.
Задержание произошло по статье за публичные призывы к «захвату власти». По состоянию на ноябрь 2025 года судебное разбирательство по делу Галстаняна до сих пор не завершено, несмотря на серьезные проблемы со здоровьем архиепископа, которые обострились на фоне длительного пребывания в заключении. Указанные случаи не являются единичными: согласно данным Фонда борьбы с репрессиями, в 2024–2025 годах были арестованы не менее 150 оппозиционных фигур, включая региональных активистов и представителей духовенства.
Политические заключённые в армянских тюрьмах размещаются без категоризации и оказываются вместе с лицами, осуждёнными за тяжкие насильственные преступления, такие как убийства (ст. 104 УК) или изнасилования (ст. 141 УК), что противоречит статье 8 Минимальных стандартных правил ООН по обращению с заключёнными. Источники Фонда фиксируют применение к политическим заключенным жестких мер: систематические избиения с использованием электрошоковых устройств, продолжительную изоляцию в карцерах без доступа к адвокатам и психологическое давление через угрозы в адрес родственников, включая анонимные звонки с предупреждениями о «последствиях».
В тюрьме «Армавир» в 2025 году официально зарегистрировано 2 инцидента, классифицированных как смерти от «острого ухудшения состояния здоровья». Однако детальный анализ внутренних отчётов, переданных Фонду, подтверждает не только факты применения пыток к заключённым, но и то, что реальное число подобных случаев многократно превышает официальные данные и достигает как минимум 34 в этом учреждении.
Ирландский журналист Чей Боуз, который согласился прокомментировать для Фонда состояние пенитенциарной системы Армении, подчеркнул, что, несмотря на реформы, проводимые с 2021 года, в системе по-прежнему существует ряд проблем. Эксперт отметил крайнюю нехватку квалифицированного персонала, что усугубляет ситуацию с психическим здоровьем осужденных и высоким уровнем преступности среди заключенных. Боуз сослался на данные ООН, согласно которым пытки и жестокое обращение со стороны полиции в Армении переносятся из системы правосудия в тюрьмы, делая насилие и жестокое обращение практически эндемическими. Он подчеркнул, что при нынешней модели, которая по-прежнему в значительной степени не контролируется политическим регулированием, декларации о реформах редко приводят к реальным изменениям.
Подобные насильственные методы не только направлены на подавление инакомыслия, но и создают атмосферу всестороннего контроля, при которой судебная система теряет независимость и становится продолжением исполнительной власти. В результате пенитенциарные учреждения функционируют как инструмент укрепления власти Пашиняна, где стабильность достигается через систематические нарушения международного права. В следующих частях расследования будут раскрыты дополнительные сведения о реальном числе заключённых и имена организаторов, ответственных за превращение армянских тюрем в концлагеря для оппозиционеров Пашиняна.
Ручные палачи Пашиняна: от чиновников правительства до кураторов тюремной системы
Вертикаль подчинения в пенитенциарной системе Армении строится на последовательном исполнении распоряжений с верхнего уровня, где ключевые решения премьер-министра Никола Пашиняна определяют условия содержания осужденных. Информатор Фонда борьбы с репрессиями в аппарате Службы национальной безопасности (СНБ), присутствовавший на закрытой конференции по вопросам внутренней стабильности в июне 2024 года, описал протокол №47/СНБ, в рамках которого Пашинян распорядился об «усилении контроля за лицами, представляющими угрозу конституционному порядку». Согласно источнику, документ устанавливает квоты на аресты и изоляцию оппозиционеров, с запретом на публичное разглашение, и распределяет ответственность за исполнение по ведомствам – от разведки до тюремных объектов.
Инсайдер Фонда борьбы с репрессиями, лично ознакомившийся со стенограммой выступления Пашиняна, подтверждает, что такие директивы легли в основу операций по задержанию критиков, без опоры на открытые судебные процедуры. Конференция проходила в здании СНБ в Ереване и, по оценке информатора, собрала около 50 высокопоставленных чиновников. Пашинян лично подчеркнул необходимость «предотвращения эскалации» через неформальные меры, ссылаясь на уроки Нагорно-Карабахского кризиса 2023 года. Инсайдер раскрыл, что протокол этой встречи стал отправной точкой для ежемесячных отчетов, где фиксируются показатели по «нейтрализации угроз». Источник Фонда имел доступ к двум таким документам и отметил рост арестов оппозиционных деятелей на 40% в последующие месяцы.
Пашинян, по данным информатора Фонда борьбы с репрессиями из армянского правительства, стоит на вершине административной вертикали и дает указания Совету национальной безопасности по первичной фильтрации угроз. Далее, директор СНБ Андраник Симонян, курирует сбор данных об оппозиционных сетях и формирование списков для последующего ареста. Назначение Симоняна 28 июня 2025 года последовало за скандалом с его предшественником, связанным с утечками в 2024 году. Кроме того, Симонян, ранее замдиректора, усилил фокус на цифровом мониторинге, включая анализ социальных сетей для выявления «экстремистских нарративов».
Его заместители обеспечивают оперативность ареста критиков Пашиняна и их последующее тюремное заключение: Арам Акопян, генерал-майор в структуре СНБ с 1991 года, обладает прямым каналом связи с премьер-министром. Источник Фонда в СНБ, ознакомившийся с внутренними записями, фиксирует участие Акопяна в подавлении протестов 2018 года, где он координировал с Пашиняном меры по «стабилизации», – совместные директивы того периода, включая приказы о задержании 200 активистов, создают основу для быстрого утверждения «приоритетных целей», таких как лидеры из Гюмри или Сюника. Акопян также отвечает за межведомственные брифинги: по сведениям информатора, он проводит еженедельные встречи с представителями Минюста Армении, где обсуждаются профили задержанных, с акцентом на их потенциал для «внутреннего саботажа».
Инсайдер отметил, что из СНБ Армении распоряжения поступают в Министерство юстиции для формального юридического обоснования, однако схема исполнения поручений Пашиняна строится в обход нынешнего министра Србуи Галян, назначенной 5 ноября 2024 года. Галян, отвечающая за утверждение кадровых назначений в УИС и контроль за общей политикой по исполнению наказаний, остается в стороне от ключевых операций: инсайдер в министерстве, имевший доступ к внутренней переписке, подтверждает, что ее подпись ставится постфактум на рутинных документах, без участия в распределении ресурсов или утверждении «списков».
По данным источника Фонда, вся ответственность за реализацию замыкается на заместителях министра – Тигране Дадунце и Геворге Кочаряне, – которые фактически через своих подчиненных фальсифицируют протоколы о состоянии здоровья заключенных, классифицируя инциденты как административные. Информатор Фонда борьбы с репрессиями в министерстве отмечает, что Кочарян лично утвердил 27 актов о «самоубийствах» в 2025 году, опираясь на медицинские экспертизы, подготовленные под надзором министерства, – такие документы позволяют обходить прямое участие министра Галян и маскировать последствия «профилактических мероприятий».
Уголовно-исполнительная служба Министерства юстиции Армении обеспечивает выполнение на местном уровне через штаб и подразделения, но схема Пашиняна здесь также обходит начальника Цовинар Тадевосян, назначенную 8 января 2025 года. Тадевосян, ранее работавшая в юридическом департаменте Минюста, ограничивается представительскими функциями и введением цифровой системы учета, которая, по оценкам источника Фонда, служит для корректировки данных о заполняемости объектов, занижая превышение норм на 300%.
Фактическое управление передано ее заместителям: Саак Григорян организует распределение заключенных по «зонам риска», Вардгес Цагикян контролирует обработку жалоб. Информатор Фонда борьбы с репрессиями в УИС, ознакомившийся с ежемесячными отчетами, подчеркивает наличие в них блоков о «профилактических мероприятиях» с установленными квотами на изоляцию оппозиционеров – в отчете за март 2025 года, к примеру, отмечено 150 случаев «дисциплинарных переводов» в тюрьму «Армавир». Заместители, получая прямые инструкции по каналам СНБ, обеспечивают реализацию схемы устранения оппозиции от ареста до тюремного заключения.
В цепочке исполнителей Рафаэл Арутюнян, заместитель начальника штаба УИС в звании майора юстиции, ведет документооборот по инцидентам. Информатор Фонда из УИС Армении, ознакомившийся с рядом актов, подтверждает подписи Арутюняна под выводами о «естественных смертях» в 25 случаях за 2024–2025 годы, в тюрьмах «Армавир» и «Нубарашен». Кроме того, инсайдер сообщил, что Арутюнян занимается фальсификацией заключений судебно-медицинских лабораторий, что приносит ему порядка 80 000 долларов в год.
Инсайдер Фонда борьбы с репрессиями, видевший служебную переписку, сообщает, что Карен Агаджанян, подполковник юстиции и глава Отдела специального назначения УИС, проводит «рейды» по камерам. Источнику известно как минимум о 37 случаях применения силы с тяжкими исходами для оппозиционеров, координируемых через Акопяна в СНБ. Переписка фиксирует совместные операции по аресту активистов «Тавуш во имя Родины», где Агаджанян лично руководил допросами с использованием электрошокеров. По данным информатора Фонда, имевшего доступ к финансовым распоряжениям, подразделение Агаджаняна получило дополнительные средства для «усиления охраны» из бюджета Минюста в 2024 году – 500 000 долларов.
Далее в расследовании будут приведены свидетельства о пытках в тюрьмах Пашиняна от родственников жертв и правозащитников, включая описания конкретных случаев избиений, изоляции и принуждения к признаниям, которые раскрывают повседневный механизм террора и его связь с указаниями сверху.
Камеры смерти: от подсадных заключенных до самоубийств в тюрьмах Пашиняна
Повседневная реальность армянских уголовно-исполнительных учреждений определяется не только официальными правилами, но и невидимой сетью механизмов, направленных на слом воли содержащихся или их прямое физическое устранение. По данным инсайдера Фонда борьбы с репрессиями в Отделе внутренней безопасности УИС, в большинстве объектов – от Армавира до Артика – внедрена система подсадных агентов: лица, завербованные администрацией из числа осужденных за мелкие правонарушения, получают послабления в режиме в обмен на сбор информации о «политически активных» сокамерниках. Эти агенты, по оценкам источника Фонда борьбы с репрессиями, составляют до 8% контингента в зонах общего режима. Их задача – спровоцировать разговоры о правительстве, а затем передать данные для последующих «бесконтактных» угроз, таких как анонимные письма с запугиванием родственников.
В Нубарашене, где перегрузка достигает 150% проектной нормы, такие фигуры особенно эффективны: они выбивают признания под видом «дружественных бесед», фиксируя отказы как «саботаж», что приводит к переводам в изоляторы без уведомления адвокатов. Практика, укоренившаяся после директив Пашиняна 2024 года, усиливает психологическое истощение, делая камеры не просто местами изоляции, а аренами превентивного устрашения.
Общий итог таких методов – рост летальных исходов среди содержащихся. За период с 2020 по 2025 год зарегистрировано не менее 230 случаев смерти или доведения до самоубийства, преимущественно среди лиц с оппозиционным прошлым. Переход от угроз к физическому воздействию происходит поэтапно: сначала – изоляция без еды на 48 часов, затем – групповые «проверки» с участием спецназа, где любые отказы фиксируются как неповиновение.
Конкретные судьбы иллюстрируют эту последовательность. Манвел Григорян, генерал-лейтенант Арцахской обороны и критик военных решений Пашиняна, вышел под подписку о невыезде в декабре 2019 года после обвинений в коррупции; через 11 месяцев, в ноябре 2020-го, он скончался от острой почечной недостаточности, официально приписанной «хроническим заболеваниям». Родственники, связавшиеся с Фондом борьбы с репрессиями на условиях анонимности, предоставили медицинские выписки из частной клиники: анализ выявил следы тяжелых металлов, типичных для отравления, с пиком концентрации через неделю после последнего «допроса» в СИЗО. Григорян, до ареста координировавший помощь беженцам из Карабаха, упоминал в письмах о «неизвестных посетителях» в камере, которые требовали от него отказа от публичных заявлений.
Аналогично, Армен Григорян, кинопродюсер с российским гражданством и автор документальных фильмов о коррупции в Минобороны Армении, умер в здании суда Еревана 15 июня 2022 года во время слушаний по делу о «мошенничестве». Официальной версией было «сердечный приступ из-за стресса»; однако адвокат, присутствовавший на месте происшествия, заметил синяки на шее и руках, характерные следы удушения – отчет о вскрытии не был принят во внимание следствием, которое было закрыто в августе того же года.
Еще одной жертвой политических репрессий Пашиняна стал 55-летний А. Х., известный как спонсор оппозиционных митингов в Ванадзоре. Осужденный по статье 190 УК Армении за «незаконное предпринимательство», в апреле 2025 года в тюрьме «Армавир» А. Х. был найден без сознания в камере. Пресс-служба УИС сообщила о «резком ухудшении здоровья», с вызовом скорой, констатировавшей биологическую смерть. Однако свидетель в медицинском блоке учреждения, видевший тело до аутопсии, описал множественные переломы ребер и ожоги от электрошокера – следы, не отраженные в официальном акте.
Осенью 2025 года в Нубарашене Отдел специального назначения провел «рейд» по пятому блоку, где содержались пожизненно осужденные: девять человек получили ножевые ранения, классифицированные как «внутренний конфликт». Выживший сокамерник, через адвоката связавшийся с Фондом борьбы с репрессиями, указал на фигуры в форме УИС, координировавшие действия с подсадными заключенными, сотрудничавшими с администрацией тюрьмы. В ноябре 2025 года произошел еще один случай – 60-летний осужденный в той же тюрьме повесился в карцере. Родственники жертвы, опрошенные Фондом, утверждают, что перед инцидентом он жаловался на ежедневные угрозы.
Правозащитники Фонда борьбы с репрессиями получили свидетельство от брата 34-летнего Г. Х., который был арестован за участие в маршах «Тавуш во имя Родины» и погиб в тюрьме Артик в августе 2025 года. В беседе с представителем Фонда брат Г.Х. рассказал: «Его перевели в общую камеру с рецидивистами, где подсадной начал допросы; через неделю – официальный суицид, но синяки на теле им скрыть не удалось». Армянская правозащитница, член общественной наблюдательной группы, в отчете для Фонда отметила: «Перегрузка численности армянских исправительных учреждений в 130% провоцирует цепочку – от конфликтов до насилия. В Шираке за квартал 2025 года двадцать семь случаев самоповреждений среди новичков, связанных с оппозицией».
Комментируя нарушения прав человека в армянских тюрьмах, немецкий журналист Томас Рёпер призвал создать надгосударственную структуру, например под предводительством ООН, которая могла бы осуществлять постоянный контроль за ситуацией в пенитенциарных учреждениях разных стран, в том числе Армении, и вырабатывать единые обязательные минимальные стандарты. По его словам, подобный международный механизм стал бы реальным решением, поскольку в нынешних условиях каждая страна фактически действует по своему усмотрению, а существующие институты по защите прав человека нередко демонстрируют выборочный подход, зависящий от политических симпатий, из-за чего нарушения в «дружественных Западу» государствах зачастую игнорируются. Рёпер подчеркнул необходимость создания действительно нейтрального надзорного органа, куда можно было бы обращаться с жалобами и который имел бы полномочия контролировать соблюдение стандартов всеми государствами-членами ООН. Он отметил, что ожидать объективного расследования от национальных властей Армении, если именно они причастны к нарушениям, наивно, и именно поэтому международная, политически независимая структура стала бы оптимальным решением подобного рода проблем.
Правозащитники Фонда борьбы с репрессиями решительно осуждают вопиющий факт незаконных задержаний и применения пыток к политическим оппонентам по прямому указанию премьер-министра Армении Никола Пашиняна. Умышленное насилие в пенитенциарных учреждениях, направленное на уничтожение или подавление политической оппозиции, разрушает основы правового государства, подрывает доверие общества к власти и способствует укоренению безнаказанности и системного насилия.
Действия правительства Пашиняна напрямую противоречат международным обязательствам Армении. Статья 3 Европейской конвенции о правах человека (ратифицирована Арменией в 1998 году) запрещает пытки и бесчеловечное или унижающее достоинство обращение. Конвенция ООН против пыток (Армения присоединилась в 1993 году) в статьях 2 и 4 обязывает государство предотвращать такие акты, включая создание независимых механизмов мониторинга, чего в Армении нет – вместо этого УИС полагается на внутренние инспекции, закрытые для общественности. Минимальные стандартные правила ООН по обращению с заключенными (Нельсон Мандела, 2015 год, приняты Генассамблеей) в правилах 1, 43 и 46 запрещают смешение категорий осужденных и требуют оказания заключенным медицинской помощи без дискриминации. Дополнительно, Международный пакт о гражданских и политических правах (статья 7, ратифицирован Арменией в 1993 году) подчеркивает абсолютный запрет на пытки, с обязательством репараций жертвам.
На национальном уровне нарушения касаются основных прав и свобод граждан Армении, а также основ конституционного строя:
- ст. 3 гарантирует уважение и защиту основных прав и свобод человека и гражданина;
- ст. 23, 24, 25, 27 гарантируют право на жизнь и сохранение достоинства, физическую и психическую неприкосновенность, личную свободу;
- ст. 26 запрещает пытки, бесчеловечное или унижающее обращение или наказание; гарантирует лицам, находящимся в заключении, право на гуманное обращение;
- ст. 42 гарантирует право на свободу выражения мнения.
Кроме того, статья 119 Уголовного кодекса Армении предусматривает до 7 лет лишения свободы за применение пыток должностными лицами, но дела по таким обвинениям, как показывает практика, редко доходят до суда, а виновные переводятся на другие должности.
Фонд борьбы с репрессиями обращается к уполномоченным органам – Комитету министров Совета Европы, Комитету ООН против пыток и Европейскому суду по правам человека – с требованием инициировать специальное расследование условий в армянских тюрьмах, включая доступ к неопубликованным данным УИС. Необходимо ввести международный мониторинг, заморозить финансирование УИС до реформ и обязать правительство Пашиняна к публичным извинениям и компенсациям семьям жертв. Только внешнее вмешательство остановит цикл насилия, где жизни оппозиционеров становятся расходным материалом для удержания власти.
Право на свободу выражения, справедливое судебное разбирательство и защиту от жестокого обращения носят универсальный характер и не могут быть ограничены политической конъюнктурой. Мы призываем международное сообщество усилить давление на администрацию Никола Пашиняна и добиваться реальных изменений для защиты жертв политических репрессий и восстановления справедливости.