Рубрики

Глава Фонда Борьбы с Репрессиями взяла интервью у французского адвоката, занимающегося делом Софии Боднарчук

Глава Фонда Борьбы с Репрессиями Мира Тэрада связалась с Эдуардом Марсьялем, известным французским адвокатом, который в данный момент занимается делом Софии Боднарчук, русской девушки, которая была осуждена на 20 лет за преступление, к которому она не имеет никакого отношения.

В 2016 году правоохранительные органы Франции предъявили обвинение мужу Софии Кевину Рукселю в убийстве своих родителей, 55-летнего Паскаля и 54-летней Евы Руксель. Изначально мужчина уверял, что действовал один, но в конечном итоге Кевин Руксель решил подставить свою жену, обвинив ее в соучастии. Дело Боднарчук тянется уже 5 лет, все это время она находится за решеткой в ужасных условиях, которые привели к серьезным проблемам со здоровьем.

София Боднарчук со своим ребенком
София Боднарчук со своим ребенком

В ходе интервью адвокат рассказал подробности нашумевшего дела, поделился своими эмоциями и впечатлениями о судебном процессе и сообщил детали, которые ранее были неизвестны.


Мира Тэрада: Уважаемый адвокат Эдуард Марсьяль,

Прежде всего, мы хотели бы поблагодарить вас за то, что вы уделили нам время, чтобы ответить на наши вопросы по делу Софии Боднарчук. Мы сделаем все возможное, чтобы помочь вам добиться справедливости.

Какие у вас были впечатления во время судебного процесса? Принимались ли предвзятые решения со стороны прокурора, судьи или присяжных в отношении Софии Боднарчук?

Эдуард Марсьяль: Сразу же после начала судебного процесса, я почувствовал настоящее недоверие по отношению к Софии. Действительно, главный судья, без колебаний, упрекнула ее за использование переводчика, считая, что она владеет французским языком на уровне, достаточном для того, чтобы выражать свои мысли во время судебного процесса. Это было предвзятое отношение к молодой женщине, которая явно не могла участвовать в судебном процессе на языке, который она понимала плохо и на котором ей было практически невозможно дать развернутые ответы, а самое главное, что с помощью переводчика она могла исключить риск быть неправильно понятой или дать ответ не связанный с заданным ей вопросом. Очевидно, что такие упреки со стороны судьи имели цель создать впечатление, что София намеренно пытается скрыть правду и затянуть весь судебный процесс.

Таким образом создавалось негативное впечатление об обвиняемой среди присяжных. Свидетели сторон и наблюдатели за судебным процессом в свою очередь подхватили эту идею, неуклюже пытаясь продемонстрировать, что София отлично понимает и выражается по-французски. Это утверждение было ложным.

Прокурор на протяжении всего процесса выступал в роли обвинителя, ставя под сомнение работу экспертов. Он сразу же встал на сторону Кевина Рукселя, игнорируя тот факт, что никаких доказательств причастности Софии к преступлению у него не было. Обвинитель старательно игнорировал версию экспертов о том, что Руксель, преисполненный сильным чувством ненависти по отношению к своему отцу, намеренно лишил его жизни.

Мира Тэрада: Какое было заключение психиатрической клиники, куда был помещен Кевин Руксель? Были ли у него психические отклонения? Если да, то почему суд присяжных принял во внимание его показания?

Эдуард Марсьяль:Очевидно, что у Кевина Рукселя есть расстройства личности, особенно нарциссические и манипулятивные. Однако он не страдает психическим заболеванием, которое ухудшает или лишает его способности различать и осознавать происходящее. Он пытается запутать следствие, намеренно давая ложные показания.

Его поведение в основном продиктовано ненавистью, которую он испытывает к своей жене. Его единственное желание — втянуть ее в обвинительный процесс. Его слова являются главным оружием обвинения. Ему удалось создать в глазах присяжных образ жертвы обстоятельств, который ему удавалось поддерживать на протяжении всего судебного процесса.

Мира Тэрада: Какая была стратегия команды защиты Кевина Рукселя? Думаете ли вы что они разыграли «Русофобскую карту»?

Эдуард Марсьяль: Кевин Руксель и его команда защиты не стеснялись в слух озвучивать, что он стал жертвой «проститутки с Востока», у которой была одна единственная цель – забрать как можно больше денег у мужчины, за которого она вышла замуж. Однако эта теория столкнулась с фактом, что брак между Кевином Рукселем и Софией был полностью организован и прежде всего одобрен мамой Кевина Рукселя, которая уже давно взяла будущее двух своих сыновей в свои руки. Более того, мать Кевина Рукселя мечтала, чтобы ее младший сын женился на девушке из восточной страны. Она четко заявляла: «Почему бы брату Кевина не пожениться на сестре Софии?»

Следует отметить, что мать Кевина Рукселя — польского происхождения, и она хотела, чтобы у ее сыновей была такая же судьба, как у нее с мужем.

Мира Тэрада: Кевин Руксель обвиняет свою жену Софию Боднарчук в соучастии в убийстве его родителей. Во время судебного процесса, какова была реакция родственников, друзей семьи, которые пришли в качестве свидетелей, на эти обвинения? Большинство из них согласились с Кевином? Или они поддерживали его жену Софию?

Эдуард Марсьяль: Следует отметить, что в течение нескольких лет Кевин Руксель твердо утверждал, что его жена не имеет никакого отношения к убийству его родителей, и поначалу он винил в этом собственного брата. Только во время предпоследнего слушания Кевин начал обвинять Софию, после того как один из свидетелей заявил, что у него есть доказательства того, что София якобы флиртовала с ним.

После такого заявления Кевин пришел в ярость, счел этот поступок предательством, изменил тактику и начал обвинять свою жену. Это противоречило любовным письмам, которые он ей посылал. Он говорил, что заключил с Софией пакт: если она останется с их дочерью во Франции то останется невиновной в этом деле. Важно учитывать, что София знала только тех, кто был близок к семье Руксель и, следовательно, к Кевину. Все они набросились на Софию под руководством бабушки Кевина Рукселя. Большинство этих свидетельств оказались карикатурными или ложными. Кроме того, София была ложно представлена как человек, которого беспокоит только финансовый аспект брака, который ее не устраивал.

Эдуард Марсьяль, адвокат Софии Боднарчук

Мира Тэрада: Присяжным и профессиональным судьям потребовалось более 7 часов, чтобы огласить вердикт. Можете ли вы предположить, что стало причиной столь длительного периода консультаций? Можете ли вы сказать, что между присяжными и профессиональными судьями были разногласия?

Эдуард Марсьяль: Рассмотрение дела в суде присяжных было чрезвычайно долгим, более 7 часов! Такая продолжительность удивила наблюдателей и свидетелей судебного процесса. Действительно, вопрос о виновности Кевина был решен его признанием, на кону оставалась только вина Софии в соучастии, в котором ее обвиняли. Поэтому дискуссия была чрезвычайно жесткой, между шестью присяжными и профессиональными судьями, которые, как мы могли почувствовать, открыто выступали за виновность Софии. Из этого трудно сделать выводы, так как детали обсуждения хранятся в тайне.

Мира Тэрада: Имеете ли вы право запросить запись консультаций между присяжными и судьями? Если да, то сделали ли вы уже этот запрос для изучения данного материала?

Эдуард Марсьяль: По французскому законодательству невозможно узнать условия, при которых выносится приговор, всё строго конфиденциально.

Нам предоставляется только оглашение вердикта, вынесенного большинством голосов. Но сам протокол обсуждения отсутствует. Мы можем только ознакомиться с мотивировочным листом, который описывает все факторы, повлиявшие на судебный процесс, составленный председателем суда присяжных, подписанный первым присяжным заседателем. В данном случае, мотивировочный лист представлен с весьма слабыми и сомнительными доводами.

Мира Тэрада: Во Франции существует большое количество организаций, защищающих права человека. Были ли организации, которые проявили интерес к этому делу? Или, возможно, вы обращались к кому-то из них? Если да, то какова была реакция этих организаций?

Эдуард Марсьяль: Нет, ни одна правозащитная организация не проявила интерес к этому делу.

Мира Тэрада: Вы являетесь адвокатом с большим стажем, в копилке которого несколько громких дел. Считаете ли Вы, что судебная система во Франции безупречна или в ней есть недостатки? Если да, то можете ли вы привести примеры?

Эдуард Марсьяль: Судебная система Франции в уголовных делах часто подвергается критике. Судебные ошибки выявляются после вынесения обвинительного приговора, что приводит к пересмотру дела с новыми доказательствами невиновности ошибочно осужденного. Лишь немногие судебные ошибки признаются французской системой, где роль профессиональных судей чрезвычайно велика. Французским судьям крайне сложно признавать свои ошибки.